Русак В.С. Церковные расколы ХХ века - Религия - Библиотека - Библиотека "Приятное с Полезным" - Приятное с Полезным: творчество,лайфхаки,мистика, и др.
Главная » Файлы » Библиотека » Религия

Русак В.С. Церковные расколы ХХ века
[ Скачать с сервера (11.0Kb) ] 01.01.2010, 20:38
Русак В.С. Церковные расколы ХХ века
Русак В.С. Церковные расколы ХХ века // Материалы международного семинара
Конфессиональные традиции российского общества и индивидуальный религиозный
опыт в XIX-XX вв. - СПб. - 2000
ЦЕРКОВНЫЕ РАСКОЛЫ ХХ ВЕКА Русская Зарубежная Церковь и Московский Патриархат
"Отток, значительной части духовных сил, происшедший в гражданскую войну, увел от нас
большую и важную ветвь русской культуры. Каждый, кто истинно любит ее, будет стремиться
к воссоединению обеих ветвей - митрополии и зарубежья. Лишь тогда она достигнет
полноты, лишь тогда обнаружит способность к неущербному развитию" (А. Солженицын.
"Архипелаг Гулаг"). Двадцатый век воистину трагический в истории русского народа. Но
внутри этой трагедии есть одна страница, которая особенно болезненно воспринимается
верующим человеком. Это - разделение Русской Православной Церкви на Московскую
Патриархию, как ее называют на Западе, и Зарубежную Церковь. Московская Патриархия или
Русская Православная Церковь не нуждается в представлении. Русская же Православная
Церковь заграницей "есть неразрывная часть Поместной Российской Православной Церкви,
временно самоуправляющаяся на соборных началах до упразднения в России безбожной
власти (выделено нами - В.Р.)-, в соответствии с Постановлением Св. Патриарха, Св. Синода
и Высшаго Церковнаго Совета Российской Церкви от 7/20 ноября 1920 г. за ? 362" . Обе
Церкви имеют один корень, обладают полнотой Православия, имеют одинаковое устройство,
но их члены не могут подойти в храме к одной Чаше. На разных полюсах оказались русские
люди, говорящие на одном языке, исповедующие одинаковую веру. Свобода для разделения
Нынешняя волна "демократических преобразований" и разделений внутри Русской
Православной Церкви только на первый взгляд кажется чем-то новым. Демократия по своему
определению возбуждает в народе "свободолюбивые" инстинкты. Но при ее неразвитых,
зачаточных институтах это свободолюбие часто превращается в свободоблудие. Так было и в
прошлом веке, когда большевики после революции 1917 года дали народу "свободу".
Буквально с первых послереволюционных лет Церковь начали сотрясать волны
обновленческих и, что не менее трагично, консервaторских, расколов. Нет смысла говорить
сейчас о многочисленных обновленческих ветвях 1920-30-х годов, отделившихся от Русской
Православной Церкви и благополучно засохших. Нет смысла говорить и о консервaторских,
которые так же благополучно канули в Лету. Но есть одна ветвь, дожившая до наших дней,
сохранившая полноценные православные "соки", которая до сих пор болезненно напоминает
нам о пагубе разделения. Имеется в виду как раз "Русская Православная Церковь Зарубежом".
Исторический опыт со старообрядчеством ничему нас не научил. И в прошлом веке мы
повторили преступление, которое тяжелым грузом лежит на наших душах до сего дня. Одна
часть Единой Русской Православной Церкви до сих пор видит во второй своего врага.
Исписаны тысячи страниц текста с уничтожающими гневными обличениями. Схематически
этот конфликт можно представить следующим образом. Ставропольский Собор Оторванные
от Москвы и высшего церковного руководства фронтами гражданской войны 1919 года,
несколько обширных юго-восточных епархий (Украина, Дон, Кубань) оказались без высшей
церковной власти. Необходимость ее была очевидна. По церковным правилам "какое бы то
ни было новое церковное управление в пределах Русской Церкви могло возникнуть только с
разрешения или санкции Патриарха и его Синода и Совета" . Но связь с Патриархом была
прервана. По инициативе протопресвитера Георгия Шавельского в Екатеринодаре было
созвано специальное заседание архиереев, бежавших сюда после падения Одессы. Архиереи
вынесли постановление: 1) От имени собрания просить старейшего Ставропольского
архиепископа Агафодора (Преображенского) созвать в г. Ставрополе Поместный Собор; 2)
Собор составить из всех находящихся на территории "добрармии" епископов и членов
Всероссийского Церковного Собора, присоединив к ним по четыре представителя от каждой
епархии; 3) командировать в Ставрополь представителей епископата, клира и мирян для
переговоров с архиепископом Агафодором (Преображенским) и 4) просить
главнокомандующего генерала Деникина об отпуске на расходы 50 тысяч рублей . -Созыв
Собора намечался на 18(31).5.1919 года. Практически открытие состоялось днем позже.
Протопресвитер Г. Шавельский вспоминает, что когда он приехал в Ставрополь к
архиепископу Агафодору для переговоров о созыве собора архиереев, оторванных от
центральной церковной власти, он встретил решительный протест: нельзя открывать собор,
не снесшись с Патриархом. Объяснение Шавельского, что собор открывается именно потому,
что невозможно сноситься с патриархом, что патриарх ничего не будет иметь против этого
доброго и необходимого дела, старейшего владыку не убедило, но в конце концов он дал свое
согласие. Чтобы он не передумал, Шавельский и его единомышленники тут же принялись
писать обращения к Главнокомандующему и архиереям, с намерением тут же дать старцу их
на подпись. "Положиться на слово старца нельзя было" , - писал Шавельский. На следующий
же день, когда Шавельский стал читать написанные письма, архиепископ Агафодор, тем не
менее, спросил: - Разве надо собирать Собор? А как же без благословения патриарха?
Шавельскому пришлось убеждать владыку снова. Приближенные архиепископа Агафодора,
особенно архим. Антоний, полностью разделяли точку зрения владыки и считали, что созыв
Собора вызовет гнев патриарха, что можно обойтись и без него . Все же Шавельскому удалось
склонить владыку и 19 мая 1919 года в Ставрополе Кавказском открылся Южно-Русский
Церковный Собор. Высшее Церковное Управление В соборных заседаниях принимали
участие 55 человек, среди которых было 11 иерархов. Некоторые из них были членами
закончившегося семь месяцев назад Поместного Московского Собора 1917-1918 гг. Немало
времени Собор затратил на обсуждение и организацию "различных политических
благоглупостей" (Шавельский), вроде устройства крестного хода из Ставрополя в Москву
(через все фронты!) для освобождения патриарха. Затея эта, конечно, осуществлена не была,
хотя планировалась всерьез. Политические увлечения членов Собора впоследствии явились
тяжелой и излишней нагрузкой обвинительного материала, предъявленного в 1923 году
патриарху Тихону, которому, таким образом, "предстояло рассчитываться за горшки, разбитые
не в меру ретивыми отцами-соборянами в Ставрополе в 1919 году" . Согласно заявлению
одного из членов Собора, епископа Ростовского Арсения (Смоленца), все постановления
Ставропольского Собора должны были быть представлены на утверждение патриарху Тихону
задним числом, что и было сделано через некоего посланца "Федю" . Собор рассмотрел и
принял проект Временного Высшего Церковного Управления на Юго-Востоке России (ВВЦУ,
"...до установления правильных сношений" с патриархом Тихоном). Открытие учрежденного
ВВЦУ состоялось 5(18) июня 1919 года в г. Екатеринодаре. Во главе ВВЦУ в качестве
председателя стал архиепископ Новочеркасский и Донской Митрофан (Симашкевич).
Товарищем председателя - Таврический архиепископ Димитрий (Абашидзе), члены -
протопресвитер Г. Шавельский, проф.-прот. А. П. Рождественский, проф. Ростовского
Университета П. В. Верховский и граф В. В. Мусин-Пушкин. В соборном послании по поводу
образования ВВЦУ говорилось о его подотчетности патриарху Тихону после "...трепетно
ожидаемого освобождения Великого Отца и Патриарха нашего..." от большевиков. Работа
ВВЦУ протекала в форме периодически созываемых сессий. Таковых при Деникине
состоялось 14, при Врангеле - 11. Каждая сессия продолжалась от двух до пяти дней.
Управление имело постоянный штат и ответственного руководителя в лице председателя.
Управляющим канцелярией состоял Екзакустодиан Махароблидзе, старый и опытный
работник полевой канцелярии дореволюционного протопресвитера . После своего прибытия
в Новочеркасск Управление возглавил митрополит Антоний (Храповицкий) . Зарубежное
церковное руководство генеалогически начинает свое бытие как раз с этого Управления.
Учрежденное Собором ВВЦУ было облечено всей полнотой власти, какая принадлежит
Патриарху с его Св. Синодом и Высшим Церковным Советом, до восстановления связи с
Патриархом, когда оно немедленно должно было бы сложить свои полномочия . До этого дня
ВВЦУ не дожило. В эмиграции ...6/19 ноября 1920 года, в результате поражения Белой
Армии, к Царьграду прибыли и сосредоточились в Босфоре свыше 120 кораблей русского и
иностранных флотов с почти 150.000 русских беженцев (российских было: 66 военных
кораблей, в том числе 18 боевых судов, и 9 больших торгово-пассажирских пароходов).
Состав беженцев распределялся следующим образом: более 100.000 воинских чинов (из них
более шести тысяч раненых и больных), около 3.000 чинов и воспитанников военно-учебных
заведений, около 20.000 женщин и около 7.000 детей. Среди беженцев был и митрополит
Антоний (Храповицкий) с группой архиереев и священнослужителей Юга России. К этому
времени ВВЦУ лишилось почти всех членов: архиеп. Митрофан, еп. Арсений и проф.
Верховский остались на местах, прот. Рождественский, тяжело больной, был эвакуирован,
граф Мусин-Пушкин выбыл в Крым. Из всего состава ВВЦУ остались только митроп.
Антоний и протопресвитер Г. Шавельский. По первоначальному убеждению митрополита
Антония русские православные беженцы с этого времени должны были влиться в Поместные
Православные Церкви по месту проживания . Но в результате ли собственного
переосмысления или под влиянием окружения (что более вероятно) его планы изменились.
6/19 ноября 1920 года на пароходе "Великий Князь Александр Михайлович" в босфорском
проливе состоялось первое (за границей) заседание бывшего ВВЦУ. В заседании приняли
участие: митроп. Антоний, митрополит Херсонский и Одесский Платон (Рождественский),
архиепископ Полтавский и Переяславский Феофан (Быстров), управляющий военным и
морским духовенством епископ Вениамин (Федченков). Присутствовал также прот. Георгий
Спасский из Севастополя. На этом заседании было постановлено: В виду сосредоточения
огромного количества беженцев в различных государствах и частях света, не имеющих
общения с советской Россией и не могущих сноситься с Высшим Церковным Управлением
при Святейшем Патриархе, а также вследствие необходимости попечения о русской армии,
выехавшей из Крыма, - а) продолжить полномочия членов Высшего Церковного Управления
с обслуживанием всех сторон церковной жизни беженцев и Армии во всех государствах, не
имеющих сношения со Святейшим Патриархом; б) местом действия Управления избрать г.
Константинополь, как наиболее центральный пункт; в) снестись с Константинопольской
Патриархией для выяснения канонического взаимоотношения; г) определить состав членов
Управления из наличных епископов его, в виду отсутствия других членов - протоиерея о. С.
Булгакова и А. А. Апраксина, выехавшего в Сербию, и протоиерея о. Георгия Спасского,
отправляющегося с флотом во французские порты, и неудобства в настоящее время
организации Управления иными способами; д) уведомить всеми возможными путями о сих
постановлениях Святейшего Патриарха Московского и веся России ТИХОНА, а также и все
церковные центры, подлежащие попечению Русского Церковного Управления в г.
Константинополе; е) обратиться с просьбой к Главнокомандующему генералу Врангелю,
передавшему через епископа ВЕНИАМИНА о своем желании и соображениях о
необходимости иметь Высший орган Церковного Управления по делам церковной жизни
беженцев и Армии, - об обращении с его стороны к Наместнику Святейшего Патриарха
Константинопольского Митрополиту Брусскому Дорофею по вопросу об организации
Управления в Константинополе; ж) назначить продолжение заседания Церковного
Управления в городе на 9 ноября . На этом же заседании ВВЦУ Юга Росси было
переименовано в Высшее Русское Церковное Управление за границей (ВРЦУ) . По
непонятным причинам впоследствии окончание названия приняло довольно странный с
точки зрения русской грамматики вид: "Заграницей". Второе заседание Управления
состоялось 9/22 ноября уже в самом Константинополе. В состав Управления было решено
пригласить архиепископа Кишиневского и Хотинского Анастасия, у которого митрополит
Антоний нашел приют. Приглашение было принято, и владыка Анастасий тотчас же принял
участие в заседаниях ВРЦУ . ВРЦУ и Константинопольский Патриархат На третьем заседании
16/29 ноября 1920 года митрополиту Антонию и епископу Вениамину было поручено
выяснить вопрос о каноническом взаимоотношении с Константинопольской Патриархией и
передать Заместителю Вселенского Патриарха митрополиту Брусскому Дорофею письмо
Главнокомандующего Русской Армией по этому вопросу . В тот же день Владыка Антоний с
епископом Вениамином отправились в Константинопольскую Патриархию. Митрополит
Дорофей обещал обсудить этот вопрос со своим Синодом. Согласно еп. Никону , 22 декабря
1920 года последовала грамата Вселенской Патриархии за ? 9084 , по которой "русским
иерархам было предоставлено исполнять для русских православных беженцев все, что
требуется Церковью и религией для утешения и ободрения православных русских беженцев" .
Спорным оказался лишь вопрос о бракоразводных делах, но и он в конце концов, по
утверждению еп. Никона, был решен. Епископ Никон не приводит текста документа
Константинопольской Патриархии, а указанная цитата принадлежит лично ему. Согласно
проф. С. В. Троицкому , в ответ на прошение митроп. Антония о легализации Русского
Высшего Церковного Управления, 2 декабря был получен ответ , в котором русским
архиереям разрешалось "образовать для пастырского служения временную церковную
комиссию ("эпитропию") под высшим управлением Вселенской Патриархии (выделено нами -
В.Р.), для надзора и руководства общей церковной жизнью русских церковных колоний, в
пределах православных стран, а также для русских воинов... Вы будете озабочены посылкой
им иереев, антиминсов, проповедников и всего необходимого, стараться лично посещать их,
чтобы разрешать возникающие недоумения, усмирять распри, и вообще делать все, что
требует вера и Церковь для ободрения упомянутых русских христиан" . Бракоразводные дела
предписывалось передавать суду Вселенского Престола или судам тех Православных Церквей,
где проживали русские беженцы . Таким образом, этим постановлением
Константинопольской Патриархии, возможность существования Высшего Церковного
Русского Управления полностью исключалась, и русские епископы подчинялись Высшему
Управлению Константинопольской Церкви. Права русских епископов ограничивались чисто
пастырскими функциями. И когда архиеп. Анастасий стал выполнять епископские функции -
совершать хиротонии и бракоразводные дела - Константинопольский Синод 30 марта 1924
года назначил следственную комиссию из трех митрополитов, которая поставила ему на вид,
что он допускает превышение своих прав . Текст этого постановления, в сокращенном виде
напечатанный в изданной в 1924 году в Константинополе брошюре "К делу о
Всезаграничном Высшем Русском Церковном Управлении" и полностью - в органе
Константинопольского Русского Экзархата "Церковном Вестнике" , полностью замолчен в
синодальных изданиях. Патриарху же Тихону со стороны ВРЦУ было сообщено, будто
Константинопольская Церковь разрешила существование русского заграничного Высшего
Церковного Управления, и он, введенный в заблуждение, ссылался на эту информацию
впоследствии, в послании от 28 июня 1923 года. В будущем Константинопольская
Патриархия не раз подтверждала, что за Архиерейским Синодом она никогда не признавала
высшей церковной власти для заграничных русских церквей. "...Мы отнюдь не затрудняемся
решительно объявить, - писал в 1927 году Вселенский Патриарх Василий III митрополиту
Евлогию, - что, как всякая другая деятельность, так и вынесенное против Вас запрещение со
стороны так называемого Архиерейского Синода за границей, - являются деяниями
канонически беззаконными, и никакой посему церковной силы не имеющими, ибо и самое
существо этого самозванного собрания в качестве органа управления канонически
несообразно, и о необходимости роспуска его и прекращения суетливой и вредной
деятельности его не раз уже были даны от законной власти указания и распоряжения..." . К-
этой резолюции присоединились Патриарх Александрийский, Глава Элладской Церкви,
Архиепископы Литовский, Латвийский и Финляндский . Во время беседы с архиепископом
Александром (Немоловским) Патриарх Василий III подтвердил официальную позицию
Константинопольской Патриархии: "Патриарх (в данном случае имеется в виду
Всероссийский - В.Р.), своим указом, упразднил прежнее Церковное Управление. Вселенская
Патриархия никогда (выделено нами - В.Р.) не признавала Карловацкого Синода. Если мы
отвечали Митрополиту Антонию, то как русскому архиерею, а отнюдь не как председателю
Синода" . А в своем письме от 18/VI-1927 года Патриарх Василий III пишет: "Cамое
существование этого самочинного сборища в роли административного органа, несогласно с
канонами и о необходимости его закрытия, как и о прекращении его вредной деятельности,
уже несколько раз были изданы распоряжения и указы со стороны законной власти" . Конец
константинопольского периода Вскоре после прибытия русской эмиграции в
Константинополь, в Сербию был командирован секретарь ВРЦУ Е. Махароблидзе с
поручением выяснить возможность переезда русских иерархов в Сербию. В декабре 1920 года
он добрался до Белграда, разыскал в Белой Церкви архиепископа Евлогия (Георгиевского) и
они вместе отправились в Белград к патриарху Димитрию. Сербский патриарх Димитрий
осведомился у них, из каких иерархов состоит ВРЦУ и сообщил, что владыке Антонию он
предоставляет возможность жить в Сербской Патриархии в Сремских Карловцах, в
Патриаршем дворце, а остальные иерархи будут распределены в Сербские монастыри.
Патриарх при этом добавил, что владыке Антонию он вышлет личное приглашение . ВРЦУ,
которое продолжало еще оставаться в Константинополе, в своих заседаниях 6/19 и 8/21
апреля 1921 года имело суждение о наиболее подходящем месте для резиденции ВРЦУ.
Исходя из того: ч-то самым мощным центром по плотности и по количеству русские людей
является безусловно Сербия, что эта страна занимает центральное географическое положение
на Балканам, чем облегчаются сношения, что в Сербии же находится наибольшее число
русских иерархов, что там же сосредоточены по преимуществу русские просвещенные силы,
что Русская Армия, центральные органы управления и Главнокомандующий переходят туда
же и перевозка уже начата и закончится в течение месяца, что здесь, в Константинополе, в
связи с мало-азиатской Турецкой войной создается весьма неопределенное и непрочное
положение для наших учреждений, что непрочность этого положения усугубляется общим
отношением к русским со стороны иностранцев западно-европейских держав, изменяющимся
в худшую сторону, что, наконец, в Сербии Высшее Русское Церковное Управление
соединится со своим Председателем владыкой митрополитом Антонием, отсутствие
авторитетного голоса которого часто заставляет медлить с решением важных вопросов,
требующих предварительного письменного с Его Высокопреосвященством сношения -
Высшее Русское Церковное Управление заграницей постановило: перевести свое
местопребывание в Сербию, если со стороны владыки митрополита Антония последует на то
согласие, и в положительном случае просить Его Высокопреосвященство выяснить этот
вопрос у Святейшего Патриарха Сербского, дабы осуществить переезд в ближайшее время, о
чем и послать Высокопреосвященному митрополиту Антонию доклад" . Последнее заседание
ВРЦУ в Константинополе состоялось 29 апрелся (12 мая) 1921 года. Было решено: в Сербию
должен ехать архиепископ Феофан. Там владыка Антоний вместе с ним должен был открыть
деятельность ВРЦУ, кооптировать новых членов из находившихся там русских иерархов . В
Константинополе должен был остаться епископ Вениамин. Архиепископ Анастасий в это
время был в командировке в Палестине . В Югославии Переезд ВРЦУ в Югославию был
исходатайствован у недавно возведенного в сан Патриарха Сербского Димитрия
архиепископом Евлогием . Митроп. Антония Патриарх, как и обещал, устроил на постоянное
жительство в Патриаршем Дворце в Сремских Карловцах, предоставив ему келлию из двух
комнат и комнаты келейника . Вскоре после митрополита Антония, в разное время, в
Югославию прибыли: архиепископ Феофан Полтавский, епископ Михаил Александровский,
епископ Вениамин Севастопольский, епископ Феофан Курский, епископ Сергий
Черноморский, епископ Гермоген Екатеринославский . Единственный, но не маловажный
недостаток сербской ситуации заключался в том, что во всей стране здесь не было ни одного
русского православного храма, созданного до войны, подобно тому, как были построены
русские храмы в других странах. По каким-то соображениям русское правительство не
находило нужным иметь в Сербии русскую церковь . Митрополит Антоний был в Югославии
на положении призреваемого беженца. Он не принимал никакого участия в управлении
Сербской Православной Церковью, его никогда не приглашали ни на заседания
Архиерейского Синода или Архиерейского Собора Сербской Церкви, ни на Богословский
факультет Белградского университета, находившегося в ведении Министерства Народного
Просвещения, ни даже в Карловацкую Богословию (Духовную Семинарию), находившуюся в
непосредственной близости от Патриархии в Ср. Карловцах, где владыка Антоний имел
постоянное пребывание . "Собрание Российских Церквей" Первое заседание ВРЦУ в Сербии,
в Сремских Карловцах, состоялось 8/21 июля 1921 года под председательством митрополита
Антония. На нем было выработано "Положение о созыве Заграничного Собрания Российских
Церквей". "Положение" первоначально предусматривало, что в Собрании примут участие
представители всех заграничных автономных церквей, епархий, округов и миссий,
пребывающих в подчинении Святейшему Патриарху Всероссийскому . На самом деле
"Собрание представителей русской Православной Церкви за границей для объединения,
урегулирования и оживления церковной деятельности за границей" прошло в значительно
более скромных масштабах. В нем совершенно не приняли участия церковные представители
всех отделившихся российских окраин (Польша, Литва, Латвия и пр.), не прибыли
представители из Дальнего Востока и из Америки . Открытие Совещания (Собора) произошло
8/21 ноября, а рабочие заседания начались на следующий день после открытия. Закончился
Собор 19 ноября (12 декабря). В составе Собора было 95 действительных и 6 почетных
членов (трое русских и трое сербов). В работе Собора принимали участие 11 архиереев,
включая председателя ВРЦУ: Митрополит Антоний, архиепископ Евлогий, архиепископ
Анастасий, епископ Гавриил, епископ Михаил, епископ Вениамин, епископ Серафим,
епископ Феофан, епископ Аполлинарий, епископ Сергий и епископ Дамиан. Митрополит
Платон, находившийся в это время в Америке, в деятельности Собора участия не принимал.
Также не был на Соборе архиепископ Феофан (Быстров), хотя он и находился в Европе. Из
членов Собора, помимо архиереев, было 22 священнослужителя, остальные миряне. На
Соборе присутствовали также два сербских архиерея . Из постановлений Собора отметим
лишь те, которые напрямую относятся к теме нашего разговора. 1. Собором было решено, что
управление делами Русской Заграничной Церкви принадлежит Наместнику Всероссийского
Св. Патриарха совместно с Русским Заграничным Синодом и Церковным Советом. Было
выработано краткое положение о Высшем Церковном Управлении, впоследствии
видоизмененное в связи с дальнейшими событиями. 2. На отношения Московской
Патриархии к зарубежному церковному руководству сильный отпечаток наложило также
"Послание Мировой Конференции от имени Русского Всезаграничного Церковного Собора",
которое стало одной из причин его закрытия в мае следующего года, о чем будет сказано
ниже. 3. По большинству соборных постановлений решения принимались единодушно.
Бурное обсуждение и даже расхождение во мнениях вызвало только предложение об
обращении к эмиграции, а через нее и к русскому народу. Точнее, не столько сама
необходимость такого обращения, сколько предложение призвать народ к восстановлению в
России монархии из Дома Романовых. "Признать необходимость монархии и не указать, если
не лицо будущего Царя, то по крайней мере династию, из которой он должен выйти, по
убеждению этой части Собрания, равносильно тому, что не сказать ничего... Такая династия
может быть только одна - Дом Романовых" . "И пусть неусыпно пламенеет молитва наша -
...да вернет (Господь) на всероссийский Престол Помазанника, сильного любовию народа,
законного православного Царя из Дома Романовых" . После оглашения этого Послания и
прений по этому вопросу, от имени 34 членов Собрания было подано следующее заявление:
"Мы, нижеподписавшиеся, заявляем, что данная большинством Отдела Духовного
Возрождения России постановка вопроса о монархии с упоминанием при том и династии,
носит политический характер и, как таковая, обсуждению Церковного Собрания не подлежит;
посему мы в решении этого вопроса и голосовании не считаем возможным принять участие".
Подписали это заявление 4 епископа во главе с архиепископом Евлогием, в том числе
Сербский епископ Максимилиан, 14 священников и 16 мирян . Постановление о Монархии в
редакции, предложенной 51 членами Собора, среди которых было семь епископов, во главе с
митрополитом Антонием, семь священников и 37 мирян, было все же принято . Позиция
Карловацкого Собора "явилась нарушением постановления Всероссийского Поместного
Собора от 2/15 августа, отменившего общеобязательную церковную политику. Карловацкий
Съезд не имел права провозглашать свою политическую платформу от имени Церкви, тем
более с намеками на "высказанное суждение" плененной Церкви в СССР, - но лишь от имени
группы членов Русской Церкви за рубежом. Свойственное карловчанам стремление
рассматривать проблему монархии не только как проблему политическую, но и как проблему
религиозную - также есть лишь частное мнение" 4. Приблизительно такая же, как на Послание
к Генуэзской Конференции, была в Москве реакция и на "Обращение ко всем верующим в
Бога Правительствам и народам всего мира". 5. На Соборе было принято также обращение к
Киноту Святой Горы Афон с просьбой разрешить русским беженцам посещать святогорские
святыни. Послание, кстати, не имело успеха. Запрещение русским посещать Афон осталось в
силе . Без благословения патриарха Тихона Во время Собора было открыто объявлено, что
заграничное церковное управление "действует с ведома (выделено нами - В.Р.) Патриарха
Московского и всея России" . Постановления заграничного ВРЦУ начинались словами: "По
благословению Святейшего Тихона, Патриарха Московского и веся Руси, Высшее Управление
Заграницей слушали..." . По "Положению" о Соборе, "Собор признает полную и
всестороннюю архипастырскую власть Патриарха" и все "постановления Собора идут на его
утверждение" . На самом деле ни одно постановление Собора Патриарху послано не было , и
он узнавал о них из зарубежной печати, а возможно и от чекистов, занимавшихся
церковными делами. Как уже было сказано, среди многих проектов соборных постановлений
было и такое: "Предоставить Председателю Высшего Церковного Управления
Высокопреосвященнейшему-- Антонию, митрополиту- Киевскому и Галичскому, звание
Наместника Святейшего Патриарха Всероссийского" . Понятно, что владыка Антоний не мог
пойти на такой шаг. Благоразумие заграничных иерархов в тот раз все таки взяло верх и
проект не получил осуществления . Было решено лишь, что "в-опрос о предоставлении
Председателю Высшего Русского Церковного Управления Высокопреосвященнейшем-у
Антонию, Митрополиту Киевскому и Галичскому, звания Наместника Святейшего Патриарха
Всероссийского представить при первой же возможности на благоусмотрение его
Святейшества" . Чего, надо заметить, никогда также сделано не было. Внешние признаки
самостоятельности Некоторые признаки довольно ясно дают понять, что зарубежное
церковное руководство с самого начала мыслило себя независимым и канонически
преемственным Российской Православной Церкви. Так, члены зарубежного Архиерейского
Синода с самого начала усвоили себе право возводить самих себя в различные высокие
церковные саны, каким обладает только центральная власть Русской Церкви. Своему
председателю, митрополиту Антонию, группа безместных, т. е. не правящих архиереев
присвоила титул "Блаженнейший", приличный только главам автокефальных или автономных
Церквей. В официальном зарубежном церковном органе было объявлено, что это было
сделано "с согласия Святейшего Патриарха Варнавы", но, опять же, в официальном органе
Сербской Церкви - "Гласнике" - было опубликовано опровержение . Официальный
зарубежный печатный орган - "Церковные Ведомости" - издававшийся за рубежом в 1922-
1932 гг., уже своим названием подчеркивал эту претензию зарубежного церковного
руководства на полноту власти в Русской Церкви. Равно как и присвоение рядовому
секретарю канцелярии Архиерейского Синода, имевшей всего одного чиновника, титула
"Управляющего Канцелярией Синода", подобно начальнику Канцелярии старого
Всероссийского Синода, имевшей в своем составе 6 отделений и десятки служащих. В свое
время зарубежное церковное руководство (ВРЦУ) 4/ХII-1921 года справедливо постановило
"совершенно не представлять священнослужителей к митре, так как награждение митрой
является прерогативой Святейшего Всероссийского Патриарха" . Но долго выдержать этот
"наградной пост" оно не смогло. Вскоре в Зарубежной Церкви появились и митрофорные
протоиереи, и даже протопресвитеры, причем одновременно иногда их было больше, чем во
всей дореволюционной Российской Православной Церкви. Нет необходимости здесь
говорить, что "протопресвитерство" вообще не может быть рассматриваемо, как награда,
поскольку всегда в Российской Церкви это была должность. Указ от 22 апреля (5 мая) 1922
года 22 апреля (5 мая) 1922 года в Москве на соединенном присутствии Священного Синода
и Высшего Церковного Совета под председательством патриарха Тихона было вынесено
совершенно определенное постановление, которое в виде Указа Патриарха за ? 348 и 349
было выслано соответственно митрополиту Антонию и возведенному 30 января 1922 года в
сан митрополита Евлогию, временному управляющему Западноевропейскими русскими
приходами. Указ гласил: "По благословению Святейшего Патриарха Священный Синод и
Высший Церковный Совет, в соединенном присутствии слушали: предложение Святейшего
Патриарха, от 28 марта - 10 апреля с, г. следующего содержания: `Прилагаю при сем ?? `Нового
Времени" от 3 и 4 декабря 1921 года и 1 марта 1922 г. В них напечатаны послание
Карловацкого Собора и обращение к мировой Конференции. Акты эти носят характер
политический и, как таковые, они противоречат моему посланию от 25 сентября 1919 года.
Посему 1) Я признаю Карловацкий Собор заграничного русского духовенства и мирян не
имеющим канонического значения и послание его о восстановлении династии Романовых и
обращение к Генуэзской Конференции не выражающими официального голоса Русской
Православной Церкви. 2) В виду того, что Заграничное Русское Церковное Управление
увлекается в область политических выступлений, а с другой стороны заграничные русские
приходы уже поручены попечению проживающего в Германии Преосвященного митрополита
Евлогия, Высшее Церковное Управление упразднить. 3) Священному Синоду иметь суждение
о церковной ответственности некоторых духовных лиц заграницей за их политические от
имени Церкви выступления". По обсуждении изложенного предложения Святейшего
Патриарха, постановлено: 1) Признать `Послание Всезаграничного Церковного Собора чадам
Русской Православной Церкви, в рассеянии и изгнании сущим" о восстановлении в России
монархии с царем из Дома Романовых, напечатанное в `Новом Времени" от 3 декабря 1921
года за ? 184, и `Послание мировой Конференции от имени Русского Всезаграничного
Церковного Собора", напечатанное в том же `Новом Времени" от 1 марта сего года за Не 254
за подписью Вашего Преосвященства - актами, не выражающими официального голоса
Русской Православной Церкви, и ввиду их политического характера, не имеющими церковно-
канонического значения, 2) ввиду допущенных Высшим Русским Церковным Управлением
заграницей, означенных политических от имени Церкви выступлений, и, принимая во
внимание, что, за назначением тем же Управлением Преосвященного Митрополита Евлогия
заведывающим русскими православным церквами заграницей, собственно для Высшего
Церковного Управления там не остается уже области, в которой оно могло бы проявить свою
деятельность, означенное Высшее Церковное Управление упразднить, сохранив временно
управление русскими заграничными приходами за митрополитом Евлогием, и поручить ему
представить соображения о порядке управления названными церквами, 3) для суждения о
церковной ответственности некоторых духовных лиц заграницей за их политические от
имени Церкви выступления, озаботиться получением необходимых для сего материалов и
самое суждение, в виду принадлежности некоторых ид указанных лиц к епископату, иметь, по
возобновлении нормальной деятельности Священного Синода, при полном, указанном в
соборных правилах, числе его членов. О чем, для зависящих по предмету данного
постановления распоряжений, уведомить Ваше Првосвященство. Член Священного Синода
Архиепископ Фаддей. Делопроизводитель Н. Нумеров" . Этот Указ настолько серьезен, что ни
один историк не может обойти его молчанием. Этот Указ был подтвержден постановлением
Синода и Высшего Церковного Совета. В то же время для Зарубежной Церкви он настолько
неприемлем, что долгое время о нем в печати вообще не упоминали. Чуть ли не впервые
вскользь упомянул его прот. М. Польский только в конце 40-х годов, а проф. И. Андреев, в
своем обзоре истории Русской Церкви от революции до наших дней вообще не счел нужным
его коснуться.
Категория: Религия | Добавил: NATALYA | Теги: история, христианство, Церковь, Религия, Русак
Просмотров: 373 | Загрузок: 83 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *: